ico ico-02 ico-03 akcia
КОРЗИНА (пуста)
Сумма: 0 руб.

+7 (495) 623-2261
+7 (495) 623-1719

Для регионов России
8 800 500 35 35

Открыть полную фотографию с дополнительной информацией

  Экспедиция к самому южному рифу Африки

Экспедиция к самому южному рифу Африки

«Коралловые рифы у Дурбана, на восточном побережье Южной Африки, являются самыми южными во всем мире», - утверждают преисполненные гордости африканцы. И они почти правы. Почти, потому что между Австралией и Новой Зеландией (31° 30′ южной широты) находится маленький остров Лорд Хоу, вокруг которого на несколько километров растянулся коралловый риф, действительно самый южный на планете! Из-за близости к Антарктике зимой там происходят чудные события: морские леопарды заплывают на эти коралловые рифы, спасаясь от акул с Галапагоссов!

Тем не менее, рифы у восточного побережья Южной Африки тоже интересные: теплое течение Агулхас из Индийского океана несет воду на юг, где она смешивается с холодными водами с Мыса Доброй Надежды или антарктических южных течений. Там, где теплая вода встречается с холодной, всегда избыток питательных веществ, что означает наличие множества планктонных организмов и богатой морской фауны. Для дайверов по всему миру эта область особенно привлекательна, поскольку там можно встретить много акул, китов и скатов манта. А вот в среде аквариумистов рифы у Аливал Шоал и Протея Бэнкс, скорее всего, не известны. Даже в «Мировом атласе коралловых рифов» Спэлдинга (2004) нет упоминания об этих рифах, возникших более восьмидесяти тысяч лет назад из массивных песчаных дюн. Поэтому в 2006 году команда фирмы JBL снарядила туда экспедицию.

Непростая дорога

Уже по приезду становится ясно, что здесь вас не ждет «теплая и чистая, как на Мальдивах» вода. Буруны, пришедшие из Индийского океана, яростно обрушивают всю свою мощь на многокилометровые песчаные пляжи, окаймляющие побережье. Поэтому попытка достичь риф превращается в настоящее приключение. В шесть часов утра, когда волны еще не вздымаются на несколько метров вверх, общими усилиями мы сталкиваем лодку с прицепа в море. Каждый прикладывает все силы, чтобы удержать лодку на волнах, пока шкипер не заведет моторы, а затем на полном ходу летим по волнам. Иногда лодка принимает почти вертикальное положение, и все стараются удержаться и не выпасть за борт. Покинув беспокойный участок, мы еще 15 минут прыгаем по воде, пока, наконец, не достигаем рифа. У большинства пассажиров лицо зеленого цвета, такого же зеленого, как эмблема JBL, поэтому подготовка к эксперименту дается им тяжело.

Наконец мы погружаемся в мутную воду. На пути вниз, на глубину в 30 метров, я спрашиваю себя, как здешние кораллы довольствуются столь малым количеством света. Может быть, там всего лишь пара-тройка кораллов, а все сообщения о коралловом рифе преувеличены?

В союзниках у темноты еще и течение, которое ведет себя так же бурно, как и горные реки. В мгновенье ока трое из участников экспедиции теряются из вида и всплывают на поверхность, к лодке. Наконец на глубине 30 м появляется риф. Я постоянно думаю, что вокруг меня плавают тигровые, белые акулы, акулы мако, молоты и еще восемь видов акул. Надеюсь, что они видят так же плохо, как и я! К тому же акулы вообще неопасные существа, утверждают доктор Эрих Риттер и другие специалисты из “Shark Project”, организации по защите акул. Только рационально контролировать свои мысли, когда один-одинешенек плывешь в темной, глубокой бездне, не всегда получается.

Акропориды и мягкие кораллы

Доплыв до рифа, мы пытаемся уйти от течения. Двое коллег, очевидно, испытывают трудности с подводным ориентированием и пропадают в темноте. Я рад, что нам, опытным дайверам, у которых за плечами уже больше сотни погружений, разрешили совершить эту прогулку. Я оглядываюсь и поражаюсь: кругом шестилучевые акропориды и мягкие кораллы, стаи рыб и черепахи. Большинство кораллов имеют плоскую форму – следствие недостатка света и сильного течения. Нечто подобное я уже наблюдал на других рифах: чем мощнее течение, тем площе кораллы.

Присмотревшись, я обнаруживаю отличия от «нормальных» тропических рифов. Здесь растут беспозвоночные, которых не встретишь в тропиках. Вот из колонии кораллов показывается стая зубастых морских карасей (Diplodus cervinus). «Вообще-то вас, друзья, здесь быть не должно», - думаю я, - «ваше место в Атлантике». Демонстрируя здоровый аппетит, большая черепаха вгрызается в бесподобно красивую колонию мягких кораллов Dendronephthya. С каждым укусом она уничтожает великолепный, большой экземпляр! Не могу спокойно глядеть на это!

Постепенно под водой собираются все члены команды, и мы можем начинать работу. Еще на поверхности мы наполнили баночки с гранулированным кормом водой, чтобы на глубине их не раздавило давлением. Мы отыскиваем определенные виды рыб, чтобы скормить им гранулы, но сильное течение сводит эксперимент на нет. Только флаговым окуням удается держаться на течении и есть, другие крупные рыбы не подплывают. Жаль, так как такие эксперименты позволяют разобраться в том, какие виды рыб, находясь в естественных условиях обитания и вопреки наличию пищи вокруг них, берут предлагаемый корм сразу, нерешительно или вообще никак не реагируют. Ну что ж, на нет и суда нет.

Холодная вода

Я подаю коллегам знак: пора делать забор воды из всех слоев для тестирования. Мы ставим бутылочки, наполненные водой еще на поверхности, на голову и направляем в них отработанный воздух из клапанов наших аквалангов. Он вытесняет воду из бутылочки, затем ее можно перевернуть и набрать воды с нужной глубины. Мой дайверский «компьютер» показывает 21° С. Согласно специальной литературе, рифообразующие кораллы растут только в тех районах, где температура не опускается ниже 20 ° С. Уже под вечер на суше, где нами проводились тесты, мы поинтересовались у сотрудников дайвинг-центра о средних годовых температурах. Нас ждал большой сюрприз: зимой температура опускается до 17° С! Как это соотносится с синтезом кальция кораллов? Чтобы узнать об этом биотопе больше, мы тщательно проанализировали все взятые пробы с помощью электроники и тестов JBL. Среди прочих особенно выделяется высокий уровень кальция 480 мг / л и низкое содержание кислорода ( 6мг / л), которое точности ради было еще раз замерено с помощью WTW - электрода.

Немного южнее, поблизости от Мыса Доброй Надежды, где встречаются Атлантика и «Индика», мы сделали повторные тесты. В центре Аллеи Акул, между Гейзер Рок и Дайер Айленд, где некоторые из 60-тысячной колонии тюленей служат закуской для белых акул, нас удивили не столько почти идентичные параметры воды, сколько отсутствие высокой концентрации нитратов и фосфатов, которую мы ожидали обнаружить – как раз все из-за тех же тюленей. Течение между обоими островами, видимо, настолько сильное, что большая часть фекалий уносится в океан.

Смена зуба

Но вернемся к нашему погружению. Мы скользим по течению вдоль рифа и попадаем на глубине 35 метров к огромным камням, создающим пещеры. Здесь группа песчаных тигровых акул (Carcharias taurus) чувствует себя как дома, если только их не тревожат дайверы. И хотя акулы совсем не типичные аквариумные рыбы, они впечатляют. Их зубы так безобразно торчат наружу, что хочется немедленно послать их к стоматологу. Впрочем, он им не особенно и нужен: животные «вгрызаются» в дно, чтобы обновить зубы, и при этом их ломают. У акул несколько рядов зубов, и они сменяют друг друга так же легко, как и патроны в магазине.

Специалист по акулам Энди Кобб подготовил нас к встрече с песчаными тиграми и посоветовал просто спокойно лечь на дно. Акулы быстро привыкнут и приблизятся к дайверам. По-другому и быть не может: активные движения ныряльщиков вызовут бегство. Но достаточно об акулах – нас ждет риф. Мы постепенно поднимаемся с глубины в поисках плоских участков дна. Здесь определенно больше света и, следовательно, кораллов.

К сожалению, я не смог взять с собой люксметр. Он заключен в мягкий стеклянный корпус, который выдерживает давление лишь на небольшой глубине, до 10 метров, поскольку именно здесь живет большинство животных, содержащихся в аквариумах. Для будущих погружений я подумываю приобрести люксметр с крепким корпусом, чтобы за один раз замерить, сколько же света здесь внизу получают кораллы. На глубине 20 метров встречаются пока еще отдельные дендронефтии и красные тубастрии. Здесь же растет зеленая Tubastrea micranthus, хотя она не имеет зооксантелл. Свет нужен ее эндолитическим водорослям, которые живут в очень толстом и тяжелом кальциевом скелете и снабжают коралл небольшим количеством питательных веществ. Профессор Дитрих Шлихтер (2003 а, b) уже подробно писал в нашем журнале об этом. Интересным все же является то обстоятельство, что на одном и том же месте рифа, полностью заросшем кораллами одного вида, одни полипы открываются, а другие остаются закрытыми. Опыты, проведенные нашей лабораторией, доказали, что полипы раскрываются при добавлении в воду определенных аминокислот. Разумеется, эти результаты были учтены при разработке новых кормов для кораллов, например, JBL KorallFluid. Почему, однако, одни полипы открыты, а другие нет, остается загадкой.

На этой глубине живут кораллы родов Pocillopora и Stylophora. То там, то тут проползет голожаберная улитка, а вот «мелюзга» в виде крабов, креветок и улиток встречается редко. Зато в гости к нам пожаловала рыба-бабочка Блэкберна (Chaetodon blackburni). Чуть дальше промелькнула черноплавичная бабочка (Chaetodon dolosus), которую принято считать глубоководным видом. Там, где течение уже не такое быстрое, как скоростной поезд, ползают волосатые морские звезды, растут мягкие кораллы рода Alcyonaria и горгоноподобные кораллы с прямыми ветками и большими белыми полипами, свойственными шестилучевым кораллам. Я не могу определить их вид, но, похоже, это незооксантельная холодноводная форма, которую невозможно встретить в тропиках.

Погружение подходит к концу, и мы всплываем. В свободной воде плавают только черноперые акулы. С любопытством они кружатся вокруг дайверов, которых вновь разбросало течением. А прямо у поверхности собралось десять двухметровых акул, которые нарезают вокруг меня круги, позволяя себя фотографировать. Когда пленка практически закончилась, я вдруг вспоминаю об одном из главных правил подводной фотографии: оставь два или три кадра для особых случаев! У поверхности течение практически исчезло, а вокруг – такое количество скатов манта, что мы не можем завести мотор. Я тут же прыгаю в воду, чтобы понаблюдать, как они едят. Однако кадров совсем не осталось, поэтому приходится довольствоваться лишь одним снимком с лодки, на котором я запечатлел 18-метрового горбатого кита!

Это фантастическое погружение к одному из самых южных коралловых рифов Земли подарило нам возможность увидеть родственников животных, регулярно содержащихся в наших аквариумах, в абсолютно непривычной обстановке. Мы смогли познакомиться со средой обитания, сильно отличающейся от привычных для нас тропиков, в которой твердые кораллы демонстрируют способности приспособляемости к рекордно низкой температуре воды.

Об авторе

Хайко Блессин, 45 лет, дипломированный биолог со специализацией «морская биология». Семь лет назад возглавил отдел маркетинга научных экспедиций и семинаров фирмы JBL. Хайко Блессин побывал уже в более 50 странах, где наблюдал за морскими и пресноводными обитателями. Результаты этих экспедиций представлены в многочисленных публикациях в прессе и выступлениях на различных симпозиумах.